
ПАВЕЛ КОРНЕВ
ЧЁРНЫЙ ПОЛДЕНЬ
Я не могу этот город любить.
Пусть будет сердце из чистого льда
И то, что зовут они кровью, только вода.
Время пришло, и захлопнулась дверь.
Ангел пропел, и полопалась кожа.
Мы выпили жизнь, но не стали мудрей.
Мы прожили смерть, но не стали моложе...
Глава 1
Что может быть лучше, чем в кои-то веки по-человечески выспаться? В тепле, сухости и с полной уверенностью, что ночью из тебя не вытряхнут душу? А если ко всему прочему прибавить трёхразовое питание? А? Мечта идиота, да и только. Или всё же – одиночная камера? А вот это уже зависит от того, с какой стороны посмотреть.
Ну а вообще, мне – а кому ещё, камера же одиночная – было не до смеха. Наоборот, нервы, словно струны, натянуты. Как зверь загнанный в клетке мечусь.
Хм... Ну, не совсем чтобы в клетке... Так, в клетушке. Почти треть ставшего моим обиталищем узкого пенала занимала шконка, у самой двери примостился откидной столик. Мебели – ноль. С ремонтом тут тоже заморочиваться не стали: поверх бетонного пола кинули линолеум, стены дешёвыми обоями обклеили. Под потолком круглые сутки напролёт магический шар светится. Сначала и не мешал даже, теперь раздражает – сил нет. Засандалить в него чём-нибудь, что ли? Так ещё рванёт.
И вот какая мысль в голове постоянно вертится – очень уж мне это место знакомым кажется. Нет, именно тут раньше бывать точно не доводилось, но кантоваться на жилплощади подобной планировки – наверняка.
Еду приносят три раза в сутки, ведро меняют утром и вечером. Не разговаривают. Не выпускают. Но не тюрьма. Это сразу видно. А вот что – представления не имею. Селин, гад, так ничего и не объяснил. Буркнул: «Мы все – только колода карт» и сдал с рук на руки каким-то нехорошим людям. Те первым делом глаза завязали, потом уже привезли непонятно куда. Пятый день здесь кантуюсь, и насчёт дальнейших перспектив – полная неопределённость.
